Get Adobe Flash player
Главная Знаменитые земляки Орлов Николай Иосифович, итальянский партизан, урож.д.Великополье

Орлов Николай Иосифович, итальянский партизан, урож.д.Великополье

Знаменитые земляки

Италия помнит партизана Николо

Идут письма из Италии в Одинцово на улицу Комсомольскую. Особенно увеличивается их поток к 25-му апреля и к 9-му мая. Первую дату празднует вся Италия – это день освобождения страны от фашистов, вторая дата комментариев не требует – это День Победы советского народа над немецко-фашистскими захватчиками. А у адресата, проживающего по улице Комсомольской, Николая Иосифовича Орлова, 9 мая еще и день рождения. Согласитесь, что это счастливое совпадение, подаренное судьбой, когда именно в твой день рождения майское небо взрывается сполохами праздничного салюта. И когда ты знаешь, что в приближении этого дня есть и твоя лепта.

Май 41-го для Коли Орлова из села Великополье, что на Смоленщине, был особенно радостным. С отличием окончил семилетку в родном селе, подал документы в среднюю школу, и впереди ждало беззаботное лето. Однако наступил черный 22-й день июня, который перевернул судьбу Николая, как и миллионов советских людей. Война! И четырнадцатилетний комсомолец Орлов, дав клятву на верность Родине, вступает в партизанский отряд «Смерть фашизму», которым командовал первый секретарь Знаменского райкома партии Петр Шматков. Шел суровый 1942 год. — Партизанские будни просты, — вспоминает Николай Иосифович. — Бей фашистов и предателей. Делай так, чтобы земля горела под их ногами. А это — разведка, минирование, засады. В мае в бою за деревню Минино меня ранило в ноги. Партизаны уходили в Брянские леса, и мне пришлось остаться дома у матери. А деревню заняли фашисты. В феврале 1943 года во время очередной облавы Колю, как и других его сверстников, забрали фашисты. Дальше пересыльный лагерь в деревне Слободка, станция Красная, товарные вагоны и путь на Запад. В мрачной, тревожной тесноте вагонов люди старались поддержать друг друга, поднять настроение. Примером для Коли стал его новый знакомый капитан Владимир Жуков, сила которого заключалась в том, что он учил мальчика не покоряться, не падать духом, верить в свои силы и победу. И Коля старался во всем походить на боевого капитана. Белоруссия, Польша и, наконец, Северная Италия. Здесь, в окрестностях города Равенна, военнопленным предстояло работать на кирпичном заводе. Здесь Николай впервые почувствовал интернациональную дружбу рабочего братства. Работающие на заводе итальянцы украдкой совали незнакомым русским кусочки дорогого тогда для всех хлеба. Однажды один из итальянцев передал Орлову клочок карты горной местности Северной Италии. Уже тогда Николай твердо решил бежать из плена. — Помощь неожиданно пришла во время авиационного налета, — рассказывает Николай Иосифович. – Нас отправляли с кирпичного завода в глубь Италии. На одной из остановок поезда охрана разрешила пленникам выйти из вагонов. В это время налетели американские бомбардировщики. Воздушный налет заставил охрану попрятаться. Группа пленных, в том числе и я, бросились в сторону от поезда. Фашисты открыли стрельбу из пулеметов. Молодость помогла мне прежде, чем я остановился отдышаться, преодолеть три горных хребта. Жутко было оставаться одному в чужой стране, зная всего три слова по-итальянски: «пане» – хлеб, «аква» — вода и «руссо» — русский. Но у меня была карта и стремление найти партизан, про которых рассказывали нам рабочие-итальянцы. Счастьем для меня стала встреча с другими бежавшими военнопленными — двумя Василиями — Добровым и Вдовиным. Мы не знали, куда идти в этой чужой стране с чужими людьми и языком. У нас не было еды, но было одно стремление — найти партизан. В течение двух недель они блуждали по горам, а встречающееся человеческое жилье одновременно и притягивало, и пугало. Чей это дом? Врага или друга? Судьба им благоволила. За все это время от итальянских крестьян и пастухов, попадавшихся на пути, они слышали не только слова сочувствия, но и получали, по возможности, кров и еду. Однажды, когда они остановились передохнуть на одной из крестьянских ферм, раздался встревоженный голос хозяина: «Немцы». Послышались выстрелы, и пленные через окно бросились врассыпную. И Коля вновь остался один. Самое страшное — остаться в горах без товарищей. Острее чувствовались и голод, и холод. Ночью приходилось бегать, чтобы согреться, а наутро подниматься все выше и выше в горы, где, по словам местных жителей, базировались итальянские партизаны. Наконец, он нашел их лагерь. По всему было видно, что еще совсем недавно здесь были люди, но… они ушли. Счастливый случай опять свел Николая с Василием Вдовиным. В одном из крестьянских домиков хозяин, узнав, что его гость русский, заулыбался. Оказывается, у него уже прячется пришедший накануне русский. Это был Василий Вдовин. Дальше они продолжили путь вдвоем и через несколько дней наткнулись на партизанский патруль. И вскоре Николай Орлов стал участником итальянского движения Сопротивления в составе 36-й бригады «Гарибальди», базировавшейся между городами Ималой и Болоньей. Николай был зачислен в подразделение, которое контролировало три дороги из Болоньи, Феррары и Фаенцо. Борьба с фашистами на этих участках была самая жестокая. Именно по этим дорогам, тщательно охраняемым, шли караваны машин с горючим для немцев.

«Пикколо Николо», так прозвали его в отряде как самого юного, участвовал во всех боевых действиях наравне со взрослыми, в рейдах по освобождению деревень, в оборонительных сражениях, диверсиях. В сентябре 1944 года немцы предприняли яростную попытку уничтожить партизан в этом районе, но в кровопролитном бою победу одержали итальянские партизаны. Это была далеко не последняя жестокая битва «гарибальдийцев» 36-й бригады. Их героические подвиги становились известными всей Италии. — Наш партизанский врач, студент Джанни Пальмьери, — вспоминает Николай Иосифович, — остался с ранеными в домике, окруженном гитлеровцами. Остался на верную смерть, хотя мог уйти. Он до последней минуты занимался своим профессиональным делом — лечил людей. Кровь, разрушение, смерть — война не ожесточила душу «малыша Николо». У него перед глазами был пример мужества, доброты, справедливости и человечности в лице командиров Шими и Боба, комиссара Гастона, сельского священника, который был связным в отряде, крестьян, укрывавших партизан в своих домах. — Или вот был случай, — продолжает Николай Иосифович, — когда мы по заданию штаба должны были попасть в Болонью. Все дороги охранялись карабинерами. Попасть в город было практически невозможно. И тут командир карабинеров, заявив, что его отряд не будет стрелять в партизан, снял часовых, охранявших мост, и мы проникли в город. Партизаны итальянского Сопротивления всегда полагались на помощь друзей и те никогда не подводили. И было понятно возмущение союзниками американцами, с которыми соединился отряд, когда те отделили русских от итальянцев, не дав даже попрощаться. Тем более что русские были отправлены не на Родину, а в лагерь для военнопленных, где содержались и немцы. В знак протеста наши, под руководством лейтенанта Гиойева, объявили голодовку. Только спустя три дня были приняты меры. Затем для Николая были лагеря в Неаполе, Александрии, Суэце, Тегеране, и только 1 января 1945 года он попадает в Баку. — После войны отучился в техникуме механизации и электрификации сельского хозяйства, — продолжает разговор Николай Иосифович. – Затем заочно закончил сельскохозяйственный институт и получил диплом инженера-механика. Работал на МТС, на птицефабрике, в совхозе «Матвеевский». Кстати, в совхозе о Николае Иосифовиче Орлове, как о замечательном человеке и специалисте, до сих пор вспоминают с особой теплотой. Не забывают ветерана и его боевые товарищи по партизанской борьбе из далекой Италии. Впервые рассказ о русском партизане — «маленьком Николо» — появился в итальянском журнале «Реальто Совьетико». Затем встреча с итальянскими партизанами в Москве в советском Комитете ветеранов войны, поездки в Италию по местам боевой юности, вручение ему там заслуженных итальянских наград и, конечно, до сегодняшнего дня письма и звонки от наиболее близких друзей: писателя Мирко Заппе из Болоньи и архитектора Эннио Тассинари из Равенны. Так уж случилось, что голодный, измученный скитаниями мальчишка со Смоленщины, в горах далекой Италии постигал силу интернациональной солидарности. Постигал под свист пуль и грохот взрывов, под пение у партизанского костра в короткие минуты отдыха итальянских песен и нашей «Катюши», которая стала гимном 36-й бригады «Гарибальди», под тарелку спагетти, которую он делил с товарищами по оружию. Это была суровая, но необходимая школа жизни, закалившая партизана итальянского Сопротивления Николая Орлова, «маленького Николо», на всю оставшуюся жизнь.

Подготовил Виктор РОГОВИК.

Фото и информация из архивов Н. ОРЛОВА и С. ВОЛКОВА.