Get Adobe Flash player
Главная Краеведение дер. Мариуполь В созвездии Малой Медведицы (песня о Марьином поле)

В созвездии Малой Медведицы (песня о Марьином поле)

Краеведение

о деревне Мариуполь Угранского района Смоленской области

 

В СОЗВЕЗДИИ МАЛОЙ МЕДВЕДИЦЫ

(песня о Марьином поле)

Будь на то сила да воля Божья, исходил бы я край свой из конца в конец, любуясь его красотами, ублажая душу свою встречами с милыми сердцу людьми. Известно мне допод­линно, что и дед мой, и дед моего деда, пращуры мои исходили-изъезди л и свою округу на десятки верст по разным доро­женькам, что разбегались золо­тистыми ручейками песочными от родной деревни, вливались в просторные проселки, сбирались в большаки. Далеко уводи­ли эти большаки - аж до Моск­вы, а то и до Питера.

Еще босоногим через все лето мальчонком любил я глядеть на живое море кустов за деревней, а за сине-зелеными волнами его представлялись и мои дороги. Перебегали мои дороги зайцы, - не жди хороше­го - поджидали на них свирепые разбойники да лешие... взлета­ли дороги эти на прогретые солнцем холмы, пропадали - терялись в непролазных топях и нежданно объявлялись в смо­листых борах - все они были мои! На этих дорогах стано­вилось страшно порой и не по сказочному, а по всамделишному.

В мое детство души ребячьи еще не были захватаны гряз­ными пальцами наживы, не бы­ли как на пяльцах распяты на экранных рамах телевизоров.

Светлой музыкой звучало в детских душах, наших Васеха, Гашира, Кулина, Алдоня... Якуба, Корней, Фрол, Кирей, Сафон... - так звали наших бабушек и дедов. А отчествами цеплялись они за еще более глубокие корни, - Нефед, Сильвестр... Тем, кого сберегла моя память, до времен пуш­кинских было рукой дотро­нуться.

Бабушка моя часто рассказы­вала, как ходила она молодухою вместе с деревенскими на бо­гомолье в Тихонову Пустынь. Шли босоножью, берегли обув­ку, с немудреным крестьянским припасом (хотулем) в лыковых кошелках, в узелках. У родников студеных, у ручьев звонких отдыхали. Не пьют водицы животворной, омоют натруженные ноженьки да и в путь-доро­женьку - у Бога о своем спро­сить... Казалось мне, что ходила бабушка куда-то на край света. Ходить умели, сызмальства ноги от земли не отрывали, в своей же земле и покой обретали по старинному обычаю.

Если не поленитесь взгля­нуть на карту нашего края, вы без труда отыщете своеобразное созвездие городов, напомина­ющее «ковш» Малой Медве­дицы. К тому же, звезды-города соединены на карте линиями дорог. Четыре звезды-города Спас-Деменск, Ельня, Сафо­нове, Вязьма - образуют как бы емкость ковша. От Вязьмы - рукоять ковшовая, - Гагарин, Можайск, Москва. Москва - звезда Полярная, центр земли русской, седьмая звезда в этом удивительном созвездии, самая яркая звезда.

По-разному складывались судьбы, родившихся в этом «созвездии». Но туго приходи­лось тут чужакам во все вре­мена. Скажем прямо, жарковато разливали из этого «ковша» гостям непрошенным. Живут на этих землях люди, в большин­стве своем издревле объеди­ненные не только духовным, но и кровным родством. Довелось мне пройти на лыжах от Волоста-Пятницы до деревни, в которой я родился, на краю Всходского когда-то района.

Не все ночлеги припомню теперь, а вот три не забудутся никогда. После встреч с людьми на том переходе я почти перестал верить книгам, перестал поку­пать газеты, читать журналы.

Я вдруг ощутил тогда, что живу в нарисованной стране. Жизнь придуманная, пропе­чатанная на бумаге была так далеко от той, к которой я прико­снулся в Созвездии моей Малой Медведицы, что я едва серьезно не заболел... Немало подивился тогда тому, что деда моего, Якубу, знали более чем за полсотни верст от его деревни по делам его,  колесных дел мастер был дед...

Пока присел на камень, - единственную мету на месте, где стоял дом дедовский, сколь­ко сродственников на слуху сказалось и близких и далеких! Поразило и другое, - более десяти лет мне не приходилось выезжать из Москвы, а в моей деревне знали обо мне все или почти все, то есть, имели в целом верное представление о моей столичной жизни.

На радость любознатель­ным, и в нашем краю можно ещё встретить таких знатоков родословий, каких и в Европах не сыщется. Поистине, они хранители времен и судеб, им есть о чем поведать живой душе.

... Много, много позже побывал я близ деревеньки с редким, как мне казалось, назва­нием - Мариуполь. Это под Всходами, рядом с Велижкой. Чужеватое на слух имечко. Знал, есть город на юге - Мариуполь. Большой город. Там Мариуполь «к месту», и море рядом, и до Греции не далеко.

... Не сразу, а придвинулось ко мне время. Почудилось в самом звучании слова этого нечто языческое, безмерно да­лекое, до боли кровное, из Ковша Вяземского. И как в этом случае 5ез долгожителей? Сыскалась как-то сама собой женщина в крайнем домике в Велижке. С благодарностью принял я кружку колодезной воды из рук ее. А через два года, в конце двадцатого века, ее позд­равляли со столетием, подарки принимала. Она-то и поведала мне, что когда-то давно обшир­ное поле за деревней называли Марьино поле. Русский язык ленив на выговор, нам поется легче. Срезаем мы лишние звуки в свободе своей слово лепить.

С того и начались раздумки... Куда как наше тут и марь, и хмарь, колдуны да ведьмы. Припомнилось, видел как затягивало лощины туманом под Мариуполем - только макушка поля да верхушки кустов угадывались.  Может, марь над полем, у поля переиначилась, со вре­менем в Мариуполь? Тогда причем тут Марья со своим по­лем? Марья-то, чай, позже объявилась, а до того была Марь... Была, была Марь в языческие времена... Молодое время иногда беспощадно к прожитому. В одночасье города большие теряют свое древнее, нажитое имя и нарекаются новым. Бывает, старое имено­вание нежелательные мысли навевает. Так в новые времена подмосковная деревенька Элино стала безликим ничейным Елино... Подумаешь, буковица одна!? Да за буковкой сама история. Подумаешь, какая-то там Кобылинка. Черная Грязь, Калинов Ключ или Васехины Луга, или вот Танковый Брод, Первый Камень... Они всегда были как и теперь. Давно Васехи не стало и деда Калины, сра­ботавшего дубовый обсад вкруг ключа, и танк из Угры подняли, в плавильную печь отправили, а в памяти народной, в языке нашем, в сердце почти зримо и молодые наши танкисты, и таинственная Васеха, и дед Калина... Живые они, все жи­вые, с нами. И луга вековечные Васехины выкашиваем, на Танковом Броде купаемся, из Калинова Ключа воду пьем.

Не один и не два раза побы­вал я на Марьином поле, дожи­даясь туманов с болот, от реки. И в который раз подивился тому, как умели предки наши выбрать место для деревеньки. Деревня Мариуполь притулилась к самому подножию обширного пологого холма так, что ветры с севера проносятся над дерев­ней, а солнушко с южной сторо­ны улыбается ей и зимой, и летом. Болот же вкруг Мариу­поля в достатке. И мари я дождался-таки. Просторное, как степь, поле с синеющей обычно полоской леса на краю света тонуло в этой мари по самую макушку.

Может и было другое Марь­ино в округе, да наше-то иначе и не назовешь как Марьино у поля.

На счастье, в великом согласии мы с нашим ладом языковым, - вот и слово выле­пим как лепится, а все лепо бу­дет. Что там ударение не на той гласной - чай не французы, чтобы свое не распознать. «Уда­рим-ка» по «у». Что слышим? - Марья у поли!

Стоит чуть прищурить глаза, вслушаться в неизбывный, веко­вечный шум леса, как подни­мется изнутри неведомо кем спрошенное, в тебе и тобой оз­вученное - Ти пубувал жа ты у Мариуполи, у своих?

Попробуйте-ка сказать по- другому, спросить по-другому, если вы не из нашего Ковша. Язык сломаете. К слову, а поче­му бы и вам не побывать в ка­кой-нибудь деревеньке, куда вас давно душа призывает? Мне показалось, что над нашим Фро­лове звезды ярче светят, чем в других местах, журавли коло­дезные в вечеру курлычут.

Нет, не заезжие из бывалых назвали нашу деревню по име­ни южного города тезки. И на картах географических нет ни­какой ошибки в названии - новое время требует. Но Мари-у-поля было бы куда как основа­тельнее, яснее, всего ближе к истине. Уверен, стоит тронуть лопатой подножие Марьиного Поля и обнаружатся  следы древнейшего поселения. Да и Мари-у-поля разве не то же, что Спас-у-Демена, Ростов-на-Дону? И спрашивать не надо, где это Спас, Ростов, то же Усть-Демино - «населенный пункт» в устье реки Демино при впаде­нии ее в Угру. Это в том же Созвездии Малой Медведицы. Да о том же Спас-Деменске. Не любы нашему языку слова-обрубки, заканчивающиеся активным, нелепым согласным звуком. Полвека тому назад, чуть больше, поезда у нас «ходили»  на Занозную, на Сухиничи, на ... Спас-деменское.  А то и вовсе - на Спас. Не в ушерб ли языку дюже мы в грамоте к «правильности» по­тянулись?.. Выверяем и... теряем... Прокатилась через наше Поле страшная война, прикатила недоброй памяти Восточным валом, вот уже и Танковый Брод в обший ряд с Калиновым Ключом встал. Да Господь дарует народам забвение ради продолжения жизни, оставляя на их дорогах путеводные вехи. Не так-то их и много, как может предста­виться поначалу. Остаются самые необходимые: Танковый Брод, Мари-у-Поля...

…. Памяти сородичей по духу и крови, памяти всех, кто отстоял нашу волю, землю свою, посвящается боль - песня моя о Мариуполе, о Марьином Поле, о Мари-у-поля…      

 

В.Бобков-Тесновский                                                                                  газета "Искра" от 2004г.